Грозная сила




( Read more... )

фото, разумеется, не мое:)

Статья №3 в "Вокруг Света"
Если долго смотреть в солнечный просвет между деревьями в парке, то начинает казаться, что ты спишь... Точнее, что все увиденное до сих пор — на самом деле сон, а ты только сейчас начал это осознавать. В такие минуты кажется, что стоит чуть-чуть задержать внимание на солнечных бликах — и поднимешься вверх, полетишь с легкостью сновидения... Грань между реальностью и сном становится призрачной.

Встречные спрашивают меня — ты всегда такой счастливый? Конечно, нет. Но как можно грустить, когда вот оно — солнце, вот она — легкость полета!

Полностью
Читаем и машем :)
©jurma продакшн

...Как-то, прогуливаясь по улочкам перуанского городка Абанкай, зашел в булочную купить хлеба. Владелец оказался бледнолицым аккуратненьким пожилым старичком.
- Вы - немец? - спросил меня по-испански, видимо посчитав мою белобрысую голову истинно арийским признаком.
Умаявшись с дороги, я не догадался сразу...
- Нет, я - русский. А почему спрашиваете, вы сами оттуда?
- Я - перуанец! - отрезал старик и закрыл дверь своего магазина. Да и время уже было вечернее. Да и немцев много тут путешествует...


Для тех, кто вдруг не знал -

( Read more... )
Статья АиФ, Часть I, в которой рассматриваются секреты рецептов лучшего пива Боливии и даже поговаривают, будто оно лучшее на континенте.

( Read more... )
Статья АиФ, Часть II, в которой нацисты соревнуются с коммунистами за первенство в идее кокаиновых поставок из Боливии.

Часть III про то, как Саша vovni сделал то, что должен сделать каждый.

.

Фотографии о Сантьяго и о дороге на Мендосу.

Дорога через перевал весьма людная. Грузовики идут сплошным потоком в обе стороны, они еле-еле ползут вверх, в облаках дизельной гари, потому что тяжело тащить эти тонны по многокилометровому подъему. И также медленно ползут вниз, сжигая тормоза, потому что стоит чуть их отпустить - и грузовик уже не остановишь...
Горы - место довольно суровое, это хорошо видно по тому, что они делают с дорогами и людьми. То и дело видишь расчищенный обвал, размытое потоком покрытие, разбитые ограждения - это кто-то не удержался и улетел вниз... И кресты, и имена. Горная дорога - опасная дорога.
Как ни тяжело подниматься вместе с грузовиками, они всё-таки делают полезное дело. Камионерос, "дальнобойщики", совсем не плохие парни, только любят погонять и машины у них большие и тяжелые:)).
Подбадривают как могут - кто посигналит, кто из окна высунется помахать. И обгоняют в основном далеко, если могут, или сигналят чтоб ушел с дороги, если не могут обогнать безопасно.
Сантьяго и Мендосу некогда связывала узкоколейка. Но двадцать лет назад обвал скрутил дорогу около перевала. Движение было преостановлено на годы. А если за дорогой не следить, то она очень быстро приходит в негодность - сели, обвалы, вода, песок, камни... Много труда было вложено в эту дорогу - пробито множество тоннелей, скальных карманов над обрывами. Теперь дорога стала частю гор, они свое отвоевали назад.
Очень люблю заброшенные железные дороги. В убегающих в обе стороны рельсах, теряющихся в бурьяне, есть многое от бесконечности, от безвременья. Полуразрушенные ржаве мосты, забытые станционные домики...
Шоссе с перевала идет по долине реки Мендосы, также через десятки тоннелей, карманов и мостов. Места вокруг исключительно красивые, скалы содержат множество цветов - от желтого до красного и яркого фиолетового. Спуск позволяет насладиться пейзажами. Только с тоннелями надо быть внимательным - совсем не приятно оказаться в узком пространстве с двумя грузовиками, идущими навстречу друг другу.
По мере того, как дорога выходит из ущелий, становятся видны Высокие Анды, с которых только что спустился. Боже, какие они гигантские, белые! Вон и Аконкагуа, самая высокая гора Америк, несколько метров не доставшая до семи тысяч. Своенравная, не захотевшая показаться мне с перевала, теперь она красуется своей пирамидой в окрухении таких же прекрасных и гордых вершин.

Прошедшая неделя прошла чрезвычайно насыщенно, но, написав о в своём бумажном дневнике подробно, не хотел бы сейчас возвращаться к тем событиям подробно. Хорошо? Скажу лишь, что остановился в городе Сантьяго де Чиле на квартире у местных творческих ребят благодаря Клубу Гостеприимства (www.hospitalityclub.org). Всё-таки, этот клуб - вещь очень могучая и полезная. Единственный недостаток, если договариваться о "гостеприимстве" электронным способом, то время реакции очень долгое. Я поступил иначе, выписал список телефонных номеров членов клуба в Сантьяго и окупировал телефон на минут пятнадцать. Результат не заставил себя ждать - чилийский дизайнер с русским именем Иван согласился меня приютить. На неограниченное время.:) Класс:)
Город встретил меня свежим утром, пальмами и пьянящим воздухом. Где-то там, за дымкой высится гора, она громадна - кажется что это не гора, а туча.
Иван не говорит ни на каком языке кроме испанского, и это здорово. Довольно быстро находим общий язык, обедаем и я отправляюсь исследовать город.
Город предстал мне очередным сном... Можно идти по его улочкам, и думать - "вот, там за поворотом будет белый домик с портиком и окошками полуарками". И так оно и случается. Это город-дежавю, город-видение. Такое ощущение, что я уже когда-то бродил по этим паркам, по этим улочкам... А потом меня внезапно разбудили, как того пелевинского китайского коммуниста. Всё знакомо - и запах воздуха, и домики в пальмах, и само настроение Сантьяго.
Чили - страна очень поляризованная в смысле достатка. Тут есть и сказочно богатые, и ужасно бедные. Переворот 1973 года поставил точку в социалистических попытках. Теперь одни одеты с иголочки по последней моде, ездят в дорогих машинах, а другие спят обнявшись в парке, накрывшись пончо...
Коммунистическое движение тут сильно и популярно. Видел помещение Компартии Чили, где коммунистки с одухотворенными лицами обсуждали какие-то народные проблемы. Часто можно увидеть на стенах рисунки в стиле "гремящих семидесятых", когда люди пытались построить свою жизнь по другим принципам. В этих рисунках очень точно отражена жизнь чили. В ней всего много - и солнца, и звезд, и гор, и несущихся лошадей, радуг и птиц, радости и труда. Люблю эти рисунки.
Видел и стадион Сантьяго, в котором в сентябре 73-го наскоро соорудили застенки. Теперь стадион продолжает выполнять свои прямые функции, и ни памятника, ни таблички, которая бы напомнила о том позоре... Лишь нарисованный на стене выцветший чилийский флаг, с которого ветер уносит белых птиц - тех, кого уже никогда не вернуть. Именно тут пытали и казнили чилийского поэта и музыканта Виктора Хара, потому что поэты сильны любовю народной. Как часто поэзия на испанском языке перемешана с кровю и смертю! Слово, которое настолько сильно, чтобы испугать людей со сталью в руках.
Виктора Хара любят в Чили. Любят и Гевару. Любят просто потому что эти люди хотели, чтобы все жили хорошо. Чтобы у всех была крыша над головой, образование и работа, как это не наивно звучит. Любят именно за это, не разбираясь ни в чем остальном.
А вот военная школа - огромная площадь, на ней маршируют, бьют в барабан. Здесь людям дают униформу, оружие в обмен на личность. Оловянные солдатики готовы выполнить приказ, готовы снова стралять по своим согражданам...
Но еще можно было бы родиться в Сантьяго, чтобы быть романтиком, влюбляться, целоваться на газонах, валяться на траве, обессилев от неги любовной, как многие пары в тенистых парках. :) Потому что Сантьяго - это целый город любви.:)
...Мои гостеприимцы достойны нескольких слов. Иван, дизайнер, поразил меня пока неведомой мне в латинском мире вдумчивостью, любовю к кино Тарковского и китайской философии. Франсиско, с которым они вместе снимают квартиру, молодой архитектор, весьма необычен в суждениях, говорит тихо, но метко.:)
На балконе у них колосится Марья Иванна, которую они иногда покуривают.:)
Так мы неспешно беседуем вечерами, попиваем вино, кушаем приготовленную Иваном рыбу-лосось по-чилийски, смотрим китайское кино и обсуждаем разные темы, от кино Тарковского до социально-политических процессов в наших странах. Исключительно приятно.
Но, не желая слишком долго засиживаться в дорогом городе, я покидаю моих гостеприимных хозяев.
Далее мой путь лежал через высокий перевал в горах на Мендосу, столицу южноамериканского виноделия. Перевал находится на высоте приблизительно 3200 м и представляет собой туннел в горе. Велосипедистов туда не пускают - и правильно, нечего им в этом склепе делать. Для желающих самостоятельно перейти гору, дорога идет выше, до высоты 3800 метров.
Путь на перевал от города занял два дня, в конце первого ночь застала меня в узком густонаселенном ущелии, надвигалась гроза. Ночь провел на дворе бедного дома, куда попросился в виду отсутствия других вариантов.
Странные люди... не бедность меня неприятно поразила, а то, что они "потухшие"... Ни любопытства, ни поговорить, ни расспросить - откуда, почему...
Хоть чаем напоили - и то спасибо. Дети схватили мою шоколадку, как только она была положена на крышку сумки, схрючили её давясь и икая, перемазавшись до неприличия...
Всю ночь под ухом возилась собака, а под утро разорался петух. В общем, уехал я рано рано, не прощаясь.
Весь следующий день был подъем. Изнурительный, медленный, 50-километровый подъем. Под вечер прополз мимо военной базы. "ГОРНАЯ ШКОЛА. Колыбель наших войнов-кондоров" - так гласила табличка на ней.
Неподалеку ухнул взрыв. Рвут динамитом камни. Мальчишки любят, чтобы бахнуло. "Аргентинцы наступаа-а-ают!!!" - крикнул кто-то и все бросились по машинам. Веселое дело, по обе стороны границы стоят памятники тому, как чилийцы с аргентинцами навешали друг другу люлей, хотя каждые выходные ездят друг к другу в гости через перевал. Аргентинцы - к океану, чилийцы - в Мендосу за вином.:):)
А тем временем начинается снег, и я решаю заночевать под перевалом, потому как усталость, "горняшка" и плохая дорога - всё это вкупе становится опасным.
Ставлю палатку, пью чай. Есть совершенно не получается. Горняшка по разному проявляется, иногда эйфоричными снами, иной раз - головной болью и апатией.
Приходит она, если резко набрать высоту, при довольно большой нагрузке. Окружаюшие пейзажи не радуют, общее состоянии вялое, одышка после каждого движения. Организм старается избавиться от обеда, поужинать - только продукты перевести.
Залезаю в палатку, пишу дневник. Холодно. Снег шуршит по палатке. Темнеет. Кончается ручка.
Ночью вдруг понимаю, что стало тихо. Палатку завалило снегом, теперь внутри тепло и сыро. Утром собираю свои вещи и героически выползаю на штурм. Героизма хватает на километр. А далее - снова одышка, тошно. Под колесами снежная каша, вокруг всё белое. Глаза быстро устают в этой белизне, нет контраста, нет теней и ярко, хотя солнца нет. Снег усиливается.
У тоннеля меня подобрал джип, в котором было тепло и сухо и горячий кофе. Спасибо, люди добрые!!! Я бы конечно не помер, но выложиться пришлось бы до предела.
Останавливаемся у тропы на Аконкагуа - валит снег, всё в облаках. Нет, туда я сейчас точно не пойду. Проходим границу и перевал за нами закрывают...
Очень хотелось взглянуть на Гору, а пришлось бежать вниз, поджав хвост...
Спустившись ниже снеговой линии, на солнышко, долго наслаждаюсь его лучами на разрушенной железной дороге. Теперь только вниз. Два дня вниз.

( Read more... )

Если долго и неторопясь смотреть в солнечный просвет между деревями в парке, то начинает казаться, что ты спишь... Точнее, что ты не заснул вдруг, а что всё что ты видел до сих пор - на самом деле сон, а ты только сейчас это начал осознавать!
В такие минуты кажется, что стоит чуть-чуть задержать внимание на солнечных бликах - и поднимешься вверх, и полетишь, с легкостью сновидения... сама грань реальности и нереальности становится призрачной.
Меня спрашивают встречные люди - ты всегда такой счастливый? Конечно нет.:) Но как можно грустить, когда вот оно - солнце, вот она - легкость полета! :)
Легкие мысли рождают легкие эмоции, а эмоции - легкость тела. Бывает и по другому всё, когда тяжело, когда ругаешься на дорогу, на себя и окружающее. Тогда тяжело. Тогда опасно. Тогда надо остановиться, сесть спокойно, подумать. Спеть песню. Вспомнить друзей. Послушать.
А время? Время в путешествии течет по другим законам. Трудно сказать, что произошло два дня назад, а что неделю, и как давно ты уже в седле. Нить времени теряется и лишь записи в дневнике привязывают события к датам.
Задаваться вопросом, сколько я уже в дороге и сколько еще осталось времени кажется странным, обычно это совсем не важно. Что же важно? Неспешное переживание окружающего, общение, внутренний комфорт, открытость новому.
Будильник забыт, есть внутреннее время организма, привязанное к солнечным циклам. Ты просыпаешься с первым лучем и когда начинает темнеть - останавливаешся и идешь спать.
Испанский язык так свойственнен русскому человеку, что сам идет навстречу, учит потихоньку. Tranquillo. И даже становится странно, как можно не понимать другого человека вообще, независимо от языка? Мы же все - одно. Под одним солнцем, на одном ветру листья. Точно так же любим, точно так же радуемся. Просто улыбнись от сердца - и тебе не надо будет вспоминать modo subjuntivo и всякие сложности. Это - на поверхности. Это - главное.
All You Need is Love.
Счастя вам!

Судьба таки забросила меня в Чили. "С детства нас с тобой учили - нет страны прекрасней Чили". В Барилоче встретил попутчика, с которым (которой на самом деле) решили вместе проехать по национальным паркам Ланин и Вильярика. Попутчик достоин того, чтобы сказать о ней несколько слов. Канадская шотландка, 27 лет, уже два месяца путешествует на велосипеде совершенно одна, двигаясь от Огненной Земли на север. Келли Энн. Есть в таких людях что-то от паломников и есть часто много странного - того, что заставляет предпринимать такие путешествия. А еще - много дисциплины, воли, независимости. Иногда чересчур много, что в смеси с чисто западным отношением к путешествию как к "чисто личной битве" иногда начинает бесить, и иногда - сильно.:) Каждый несет свою воду, каждый ест свой бутерброд. Каждый со своими проблемами борется сам, несмотря на то, что люди вроде бы решили поехать вместе. Никогда не понимал западного альпинизма, "адвенчуринга" - они всегда на грани аморальности, где каждый сам за себя. Ну да Бог с ними.
Теперь о Чили:) То есть о приятном:)
Пересекли границу через лесистый перевал, на котором пограничник в будке долго выяснял через спутник, какую мне визу ставить. Отдельная проблема, что Латвия имеет другое название на испанском, что вызывает иногда некоторые неясности. Всё обошлось удачно, и через некоторое время мы уже плыли на пароме через длинное озеро, окруженное скалами.
Горы Чили - совсем не то что Аргентинские. Они круче, выше, дичее и природа их более разнообразная. А еще тут есть такие странные существа, как вулканы и геотермальные источники.
Дороги намного хуже и круче. Много мест, где на педалях с грузом совершенно не заехать, и спускаться можно только постоянно тормозя, потому что дороги состоят из "стиральных досок", опасных камней, ям и крутых виражей. Но виды вокруг окрыляют.
Совершенно верно то, что не стоит доверять местному индейскому населению, спрашивая дорогу. Для них, если по дороге можно проехать на лошади, не всегда ведя её в поводу - дорога значится как "хорошая" и "пологая". Иногда её даже могут назвать "асфальтом", хотя ты будешь по ней продираться пешком через лужи поколено и заросли, разрушенные мосты и древесные корни.
Короче говоря, "схватили" мы внедорожную горную езду около вулкна Villarica. С великами долго ползли по горной тропе, потом бросили их в лесу и пошли налегке наверх, к леднику. К слову сказать - вулкан прекрасен, поднялись до ледника, охая от восторга на окружающие виды и леса мохнатых араукарий.
Сорокакилометровый спуск - не шутка, особенно если половину его преодолваешь по "внедорожке". Внимание постоянно на пределе, и потом начинает уже притупляться. Спуск стоил мне сломанного в двух местах переднего багажника, перебитого тормозного тросика, двух пробоин в камере и нескольких ссадин. В общем, ничего серёзного. Починю.
Сегодня мне совершенно не хочется пробираться через перевал назад, в Арентину. Доеду пожалуй до Сантьяго на автобусе, а оттуда - на Мендосу.
С Келли расстались вчера, практически не говоря ни слова. Даже адресами не обменялись. Странная встреча - странное расставание.
Кстати, самое интересное за эту неделю были именно встречи.
Сначала - пара рюкзачников на берегу озера. Он - хиппи из Орегона, перебравшийся жить в Чили, в хижину по своим идейным соображениям. Интеллектуал, интеллигент. Отказалсай от английского, как от "языка гринго". На жизнь зарабатывает продавая самодельные хипповые амулеты на городском базаре и также имеет небольшую пасеку. Она - студент-биолог, симпатичная девушка, собирает в национальном парке семена для учебы. Вечер и утро превели в беседах за общим небогатым столом.
Потом - аргентинская семья, выехавшая на пикник, с кторой в беседах прошла у меня еще половина дня.
А потом, не поверите, встретился мужик, попросивший потолкать машину, и когда я от натуги охнул по-нашему, по-русски, он как подскочил - "только не говори, что ты русский!". Мужик оказался москвичем, лыжным инструктором из Сан Мартина, переехал сюда несколько лет назад, к аргентинке с которой встретился в Москве и которую полюбил. Естественно, следующую ночь провел в их доме так же за беседой, за стаканом водки и маринованными баклажанами.:)
Была еще велокоманда, ехавшая с соревнований, которая шумно нас окружила, долго и шумно же фотографировалась с нами, а потом мы прощались - обнимались и целовались со всеми, по аргентинскому обычаю:) А было их человек пятнадцать:)))
Вот так вот. Пойду велик чинить, да мелочевку всякую покупать.
Удачи вам в ваших делах!!!!

UPDATE - nekotorye fotki - tut